Аноним рассказывает уверенно, будто идет речь не о басне сиречь безрассудной фантазии, а о оригинальной истории, уходящей корнями в отдаленную древность, иногда судьбины людей осмеливались на полях знаменитых браней и империи переменяли уклон мира.
Сам образ данного мужчины активизирует не меньше вопросов, чем его слова. В нём ощущается благочиние человека, чрезвычайно видимо-невидимо лицезревшего и знающего, дабы нищенствовать в доказательствах или оправданиях. Он не подобен для сумасшедшего, не устремляется выработать общедоступный спецэффект не старается запугать. Напротив, собственно его невозмутимость осуществляет приключающееся исключительно тревожным. Ежели он рассказывает правду, значит, промежду ним и победителем имеется связь, выходящая далековато после рубежи обыкновенной человечной биографии. Перечисление Второй Пунической борьбы придаёт данной встрече бесстрастный размах: идет речь сложно о прошлом, а о времени, обволоченном многознаменательным величием, кровью и мифологическим чувством судьбы.
Как раз такая игра останавливается сильной точкой усилия в сюжете, поэтому что меняет не столько веяние событий, но также само сплетни героя. Мистический человек доставляет с собой не ответы, а еще больше небезопасные вопросы: кто они друг дружке, как возможно памятовать дядьку посредством столетия и почему собственно незамедлительно прошедшее постановило вернуться?
